страницы партии
в социальных сетях:

Categories Menu

Опубликовано on 09.11.2017

Иван Серебряков: «Коррупция в лесной отрасли Красноярского края»

Иван Серебряков: «Коррупция в лесной отрасли Красноярского края»

8 ноября на заседании комитета по государственному устройству, законодательству и местному самоуправлению народные избранники обсудили проект программы противодействия коррупции в Красноярском крае на 2018-2020 годы.

Мало кто знает, но, оказывается, с коррупцией в Красноярском крае борются не только ФСБ, СК, прокуратура, масса общественных организаций, но и отдел по профилактике коррупционных и иных правонарушениий управления губернатора Красноярского края по безопасности, профилактике коррупционных и иных правонарушений. Многие депутаты сегодня впервые узнали о существовании губернаторских борцов с коррупцией. 

Выступление начальника отдела по профилактике коррупционных и иных правонарушений Андрея Попова было долгим, скучным и нудным, с перечислением множества пунктов благих задач по предупреждению коррупции, принятых абстрактных мерах, что его, еле сдерживаясь, остановил председатель комитета Алексей Клешко.   

– Депутаты уже с вашим докладом ознакомились. Завершите доклад, скажите самое главное. 

-…Проект программы прошел рассмотрение Гражданской ассамблеи, получено согласие… – Андрей Попов подвис на несколько секунд. 

– И наступило счастье, – выручил его Алексей Клешко. – Но коррупция пока не исчезла. 

Алексей Клешко пошутил без намека на шутку. Строго посмотрев на борца с коррупцией, председатель комитета дал слово экспертно-правовому управлению. Судя по недовольному лицу Клешко, он уже был знаком с выводами юристов. 

– Концептуальное замечание касается целей этой программы. Целью программы у нас является не снижение реальной коррупции, а создание условий, обеспечивающих снижение уровня коррупции. По нашему мнению, это достаточно принципиальная вещь. Можно оценить, созданы условия или нет, но в итоге можно не получить реальное снижение уровня коррупции. В исследовании делается упор на восприятии населением уровня коррупции, а не на объективных моментах – сколько человек реально сталкивается с коррупцией. От субъективного надо перейти к более объективному. 

Депутат Александр Симановский поинтересовался, сколько денег потрачено на программу по борьбе с коррупцией. 

– Ноль! – поспешил отреагировать Андрей Попов, – Потому что бороться с коррупцией с помощью денег… Всего порядка 600 тысяч рублей мы тратим ежегодно. Считаем, это не очень большая сумма. 

Депутаты предъявили руководству антикоррупционного отдела, что взяточники за реальные преступления отделываются штрафами и условными сроками. Где работа программы? Андрей Попов отшутился. 

– Понимаю, что вы с улыбкой можете на все ответить, – начал Клешко, – Но я вас призываю, улыбки и хорошее настроение – это прекрасно, но коллеги правы. Мягкие наказания за коррупционные преступления при широкой публичной огласке приводят к обратному эффекту для общества! Общество считает, что государство это одобряет и готово закрыть глаза. И улыбнуться товарищу со словами, что все хорошо. И тогда весь смысл антикоррупционных программ множится на ноль. Мы понимаем, кто перед нами сидит. Вас и спрашивают, как в этих условиях добиться более эффективной работы программы. Есть у вас что-то ответить? 

Андрей Попов все также с улыбкой помотал головой. 

– А если нет, понимаете, то те же тысячи служащих, которые сегодня сдают декларации, они задаются вопросом: «Тогда ради чего все это делается?!» – возмутился Клешко, – Если гражданка Васильева пишет картины и ходит с браслетами по музею. Ну это же не праздный вопрос! 

Представитель антикоррупционного отдела всем своим видом показывал, как ему хочется, чтобы этот неприятный разговор побыстрее закончился и его перестали отчитывать, как пацана, не выучившего уроки. 

Слово попросил депутат от фракции «Патриоты России» Иван Серебряков. 

– На последнем съезде депутатов врио губернатора Александр Усс обозначил проблему лесной отрасли Красноярского края. Деньги от добычи леса за 2016 г. составили около 600 млн руб., а потратить на уборку после этой деятельности только в г. Канске надо около 300 млн руб. На ваш взгляд, здесь коррупция есть? 

– Я думаю, что есть, – ответил Попов. 

– Почему такая ситуация вообще возникла и какие меры были вами приняты? 

– Контроль за деятельностью муниципальных органов осуществляет прокуратура края. Мы считаем, что отсутствовало взаимодействие между органами власти и правоохранительными органами, контрольно-надзорными. Потому что вся верхушка г. Канска участвовала в делах о взятках, – не совсем внятно объяснил Попов. То ли вся верхушка Канска расследует коррупционные преступления, то ли сама погрязла в коррупции. 

– В каком месте вашей новой программы учтена эта проблема, чтобы она не повторилась в 2018-2019 гг.? – продолжил Иван Серебряков. 

– Это не учтено. Это не является предметом нашей программы. 

– А тогда что является предметом программы? 

Андрей Попов улыбнулся и тяжело вздохнул. 

– Только декларации проверяете? – спросил Серебряков. 

– Не только декларации. Это и контроль за деятельностью муниципальных органов. 

– Если это не учтено в вашей программе, зачем вы год назад ездили в Канск и решали эту проблему? 

– Мы же на любой факт, который возникает, реагируем. 

– Но проблема в программе не учтена? 

– Нет. 

Несмотря на многочисленные замечания к абстрактной борьбе губернаторского отдела с коррупцией, программу было решено принять и исправить замечания экспертно-правового управления. Андрею Попову рекомендовали заниматься вопросами, которые волнуют людей. 

44